вторник, 16 февраля 2016 г.

"Обособленное приложение", или Готовимся к ОГЭ

Ю.М. Нагибин

Уважаемые учащиеся 8 "А" класса!

Выполняем тестовую работу по тексту российского писателя Юрия Марковича Нагибина (1920-1994).

Прочитайте текст и выполните задания A28–A30; B1–B5.

   (1) Уходил Оська на войну в конце октября из опустевшей Москвы. (2) Его уже дважды требо­вали с вещами на призывной пункт, но почему-то отпускали домой. (3) И вот стало точно известно: Оську и его товарищей по выпуску отправляют на восток в трехмесячное пехотное училище. (4) Он пришел проститься с моими домашними, потом мы поехали к нему на Мархлевского. (5) Я знал, что он ждет девушку, пепельноволосую Аню, и хотел попрощаться у подъезда, но Оська насто­ял, чтобы я поднялся. (6) Когда мы провожали Павлика на действительную, он разделил меж­ду нами свои скромные богатства. (7) Павлика не баловали дома и растили по-спартански. (8) Правда, в восьмом классе ему сшили бостоновый костюм «на выход», и Павлик проносил его до ар­мии, время от времени выпуская рукава и брюки, благо запас был велик. (9) Но у него имелся дядя, выдающийся химик, и однажды этого дядю пос­лали на международную научную конференцию за кордон, что в ту пору случалось нечасто. (10) В пожилом, нелюдимом, обсыпанном перхотью, запущенном холостяке, по уши закопавшемся в свою науку, таилась душа пижона. (11) По окон­чании конференции он потратил оставшиеся деньги на приобретение жемчужно-серых гетр – тогдашний крик моды, смуглой шелковой рубаш­ки, двух свитеров, роскошного галстука и темных очков, почти не встречавшихся в Москве. (12) Но, вернувшись домой, он понял, что наряжать­ся ему некуда, поскольку ни в театр, ни в гости, ни на балы он не ходил, а таскать на работу столь ослепительные вещи стыдно, да и непрактично: прожжешь химикатами, и тогда он вспомнил о юноше-племяннике, и на скромного Павлика пролился золотой дождь. (13) Ко времени его ухо­да в армию вещи малость пообносились, утратили лоск, но все же мы с Оськой были потрясены до глубины души, когда Павлик царственным жес­том передал нам свои сокровища. (14) От костю­ма пришлось отказаться – по крайней ветхости, остальное мы поделили: Оська забрал дымчатые очки, я сразу напялил гетры. (15) Оська взял гал­стук с искрой, я – рубашку, каждому досталось по свитеру. (16) Теперь Оське ужасно хотелось пов­торить мужественный обряд прощания, когда без соплей и пустых слов товарищу отдается все, чем владеешь на этом свете. (17) Но сделать это Оське оказалось куда сложнее, нежели Павлику: фото­аппарат он подарил герою фотосерии «Московский дождь», библиотеку вывезла мать, а карти­ны – отец. (18) Оставались предметы домашнего обихода, и Оська совал мне рефлектор, электри­ческий утюг, кофемолку, рожок для надевания туфель, пилу-ножовку и две банки горчицы; от испорченной швейной машинки я отказался – не донести было всю эту тяжесть; еще Оська на­вязал мне лыжные ботинки и траченную молью шапку-финку, суконную, с барашковым мехом. (19) Может показаться странной и недостойной эта барахольная возня перед разлукой, скорее всего навечной, ничтожное копанье в шмотье посреди такой войны. (20) Неужели не было о чем поговорить, неужели не было друг для друга серьезных и высоких слов? (21) Все было, да не выговаривалось вслух. (22) Нас растили на жестком ветру и приучили не размазывать по столу масляную кашу слов. (23) А говорить можно и простыми, грубыми предметами, которые «при­годятся». (24) «Держи!..» – а за этим: меня не будет, а ты носи мою шапку и ботинки и обогре­вайся рефлектором, когда холодно... (25) «Бери кофемолку, не ломайся!» – это значит: а хорошая у нас была дружба!.. (26) «Давай, черт с тобой!» – а внутри: друг мой милый, друг золотой, неужели это правда, и ничего больше не будет?.. (27) «На дуршлаг!» – но ведь было, было, и этого у нас не отнимешь. (28) Это навсегда с нами. Значит, есть в мире и останется в нем... 

СПАСИБО ЗА РАБОТУ!

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Уважаемые друзья! Буду рада вопросам и просто комментариям!